Расследования
Репортажи
Аналитика
  • USD55.30
  • EUR52.74
  • OIL95.88
Поддержите нас English
  • 6491
Политика

Ограбление по-ливански. Почему прежде успешная страна не может выйти из мертвой петли государственного коллапса

Анна Волкова

С 2019 года Ливан, который часто называли «Швейцарией Ближнего Востока», погрузился в один из худших экономических кризисов в мировой истории с XIX века. Экономика страны была построена по принципу финансовой пирамиды, и как только деньги закончились — она рухнула. Кризис привел к гуманитарной катастрофе: в стране почти нет ни электричества, ни бензина, ни медикаментов. Кроме того, вторжение России в Украину негативно повлияло и на рынок продовольствия Ливана. Корни проблемы — в самом устройстве государства. Ливанцы требуют радикальных политических перемен, в то время как власть продолжает дальше грабить страну, а международное сообщество может предложить лишь экономические меры сомнительной эффективности.

Содержание
  • Кризис вслед за чередой катастроф

  • Ограбление вместо восстановления

  • Только временное решение проблем

Кризис вслед за чередой катастроф

«В ад, конечно» — так ответил президент Ливана Мишель Аун на вопрос журналистов о том, куда направляется страна, во время своего выступления в сентябре 2020 года, посвященного проблемам формирования правительства. Предыдущее ушло в отставку из-за взрыва в порту Бейрута. Спустя два года стало окончательно ясно: это единственное обещание ливанского правительства, которое оно сдержало.

К 2022 году рукотворный кризис, в котором уверенно можно обвинить власти Ливана, только ухудшился. Экономические индикаторы отражают лишь одну сторону коллапса: инфляция в 2022 ожидается на уровне 178%, вдобавок к около 155% в предыдущем году. Уровень бедности населения в Ливане вырос в два раза — с 42% в 2019 году до 82% в 2021 году. Цены для потребителей выросли в несколько раз, официальный курс валюты и курс на черном рынке различаются в 20 раз. Цены на хлеб, и так субсидированный государством, выросли больше чем в два раза за полгода с марта 2022 из-за ситуации на рынке пшеницы, вызванной российским вторжением в Украину. Государство способно предоставить не более нескольких часов электричества в день или в месяц, в зависимости от региона страны. Цены на топливо в полностью зависящем от импортов Ливане взлетели: если до кризиса поездка на маршрутке стоила 2 тысячи ливанских фунтов, то сегодня — 40 тысяч фунтов.

К 2022 году рукотворный кризис, в котором уверенно можно обвинить власти Ливана, только ухудшился

Ливан накрыла самая большая волна эмиграции со времен гражданской войны 1975—1990 годов. Среди покидающих страну — все каких-либо востребованных специальностей, в том числе профессионалы в области медицины. По данным ВОЗ, около 40% врачей уехали насовсем или временно работают за границей. Но тотальный крах государства мешает даже эмиграции: в стране невозможно получить новый документ, подтверждающий личность, потому что паспорта просто закончились.

17 октября 2019 года, предчувствуя кризис и в ярости от абсолютного бездействия властей, сотни тысяч людей вышли на улицы во всех городах Ливана и требовали радикальных перемен. Многие обозреватели возлагали большие надежды на протест, который происходил одновременно с митингами в других странах Ближнего Востока. Их яркий феминистский и антикапиталистический характер, антисектарианское единство протестующих против ливанского истеблишмента внушили многим надежду на появление новых независимых политических сил и лидеров гражданского общества. Ливанцы, назвав свое движение революцией, требовали пересмотра сложившейся политической системы, ухода старых лидеров, тотальных экономических и социальных реформ. Спустя 12 дней протестов премьер-министр Саад Харири ушел в отставку. Но революция так и не материализовалась. Безлидерный протест не создал альтернативной структуры, которая могла бы заменить собой действующую власть. Армия прибегала к чрезмерной непропорциональной жестокости, чтобы разогнать протестующих.

Акция протеста в Бейруте
Акция протеста в Бейруте

Во время протестов, в которых участвовала четверть ливанцев, привычная экономическая деятельность остановилась. Инвесторы, опасаясь потерь из-за нестабильности, вывели средства, и вся финансовая система, против удручающего состояния которой и выступали протестующие, рухнула под горой долга, накопившегося за десятилетия коррупции и кумовства. В банках буквально закончились доллары. Во время протестов они закрылись на несколько недель, а когда открылись снова, то ливанцы обнаружили, что их вклады заморожены без какого-либо законного основания. Попытка предотвратить банковую панику фатально ударила по уверенности в банковском секторе: как правило, банки или власти могут ограничить снятие наличных и переводы за рубеж, чтобы остановить отток денег из страны, но тут этого так и не произошло. Например, один лишь Нади Саламе, сын главы Центрального банка Ливана, вывел со своих счетов за границу $6,5 млн. Ливанцы имеют все основания верить, что их сбережения исчезли, и не готовы снова отдавать деньги. Сумма средств, «застрявших» в банках Ливана, оценивается более чем в $100 млрд. Черный рынок валюты возник одновременно со стремительным обесцениванием ливанского фунта.

Финансовая система Ливана рухнула под горой долга, накопившегося за десятилетия коррупции и кумовства

Вдобавок ко всему в марте 2020 началась пандемия COVID-19, еще более ухудшив социально-экономическую ситуацию. А спустя несколько месяцев произошел один из самых мощных неядерных взрывов в истории, разрушивший треть центрального Бейрута. Именно коррупция, кумовство и халатность правительства вылились в катастрофу, которую никто из них не мог представить. Вечером 4 августа в одном из складов порта Бейрута начался пожар, через несколько минут прогремел взрыв. Он нанес огромные разрушения столице: порт находится в самом центре Бейрута, всего в нескольких километрах от густонаселенных жилых кварталов. Погибли больше 200 человек, несколько тысяч были ранены, 300 тысяч человек остались без жилья.

Взрыв в порту Бейрута
Взрыв в порту Бейрута

Результаты расследования взрыва шокируют сведениями о банальной халатности. Опасный груз находился в порту с 2013 года — именного тогда портовые власти арестовали судно Rhosus из-за технических неполадок и неуплаты портовых сборов. Экипаж, оставшийся без зарплат, покинул судно. Документы переписки между официальными лицами порта и властями, изученные OCCRP, показали, что руководство порта было обеспокоено взрывоопасным грузом и пыталось от него избавиться. Однако после безуспешных попыток что-то с ним сделать про него просто забыли. Тонны селитры хранились вместе с топливом и фейерверками. Ни один виновный до сих пор не наказан, политики всячески препятствовали ходу расследования. Столица Ливана потерпела разрушения, оцениваемые в миллиарды долларов, а помощью жителям и восстановлением города занимались ливанские и иностранные волонтеры и НКО, а не государство.

Ограбление вместо восстановления

Коллапс Ливана — история о том, как проект восстановления страны, когда-то считавшейся островком спокойствия и благополучия в регионе, был провален из-за коррупции и растрат сектарианских элит. Создавшие кризис процессы были запущены десятилетия назад и имеют корни в самой основе государственного устройства Ливана. После окончания гражданской войны 1975—1990 годов контроль над ресурсами государства захватили те, кто решил, что им выгодней разворовывать казну вместе, чем воевать друг с другом за контроль над ней. Именно этим они и занялись в рамках проектов послевоенного восстановления страны.

Уровень жизни ливанцев и соответствующие экономические показатели росли в 1990—2000 года, и даже международный кризис 2008 года не затронул экономику страны. Но вместе с благополучием росли государственный долг и экономическое неравенство. Финансируя восстановление за счет кредитов, власти накопили одну из самых больших сумм внешнего долга по отношению к ВВП в мире. Банковский сектор Ливана работал по классическому принципу финансовой пирамиды, которая предлагает очень выгодные, но заведомо невыполнимые условия, а средства поступают за счет постоянного привлечения новых участников. Банки предлагали невиданно высокие проценты на валютные вклады. Центральный банк использовал вклады граждан для финансирования бюджета правительства, полного коррупционных схем и растрат. Деньги попросту закончились — и такой результат был абсолютно предсказуем. Долг госсектора достиг таких уровней, что дефолт был неизбежен и произошел в марте 2020 года.

Центральный банк Ливана использовал вклады граждан для финансирования бюджета правительства, полного коррупционных схем

Ливану как стране, которая импортирует 80% всего своего потребления, необходимы доллары, для того чтобы поддерживать торговый баланс. Ливанская экономика очень долларизирована, но источников долларов не так много. В реальном секторе экономики десять лет не было никакого роста, а единственный серьезный экспорт — человеческий капитал. Ливан получал необходимые доллары за счет туризма, доходов от порта Бейрута, помощи от других стран, но в первую очередь от ливанцев за границей, отправляющих деньги семье на родине. Последнее десятилетие денежные переводы составляли в среднем 15–20% ВВП Ливана.

Такая хрупкая система, полагающаяся на внешнее финансирование обычными людьми, подвержена шокам из-за случайных событий. Начало гражданской войны в соседней Сирии, экономически тесно связанной с Ливаном, стало одним из таких шоков. Поток капитала в страну уменьшился. Государство было практически никем не управляемо: в 2014–2016 годах у Ливана не было президента, а выборы в 2018 году прошли с опозданием на пять лет. Чем больше увеличивалось влияние Хезболлы и Ирана, тем меньше Саудовская Аравия, соперничающая с Ираном, предоставляла финансовую помощь. Западные страны предоставляли гранты на конкретные проекты развития инфраструктуры, но часто выяснилось, что деньги были украдены, а заявленных проектов никогда и не существовало — они были придуманы для того, чтобы получить средства.

В результате кризиса ликвидности в стране установилось несколько разных курсов валюты: официальный неизменный курс — 1500 фунтов к доллару, «доллар» за 8000 фунтов — фиксированный курс, по которому ливанцы могут конвертировать свои замороженные валютные вклады в ливанский фунт, и «свежий доллар», курс черного рынка, по которому можно купить наличные, в этом году между 23 тысячами и 34 тысячами фунтов за доллар. По этому курсу сдают квартиры и устанавливают цены на товары.

В результате кризиса ликвидности в Ливане установилось несколько разных курсов валюты

Уникальная система политического устройства Ливана сложилась после независимости в 1943 году, когда политическая репрезентация была организована на основе конфессиональных групп, и приняла нынешнюю форму после гражданской войны. Места в парламенте поровну поделены между мусульманами и христианами. Президентом Ливана, согласно конституции, может быть только христианин-маронит, премьер-министром – мусульманин-суннит, а главой парламента – мусульманин-шиит. Каждому региону предписано определенное количество мест в парламенте для каждой из множества конфессий, в зависимости от демографии.

На первый взгляд кажется, что эта система построена на равной политической репрезентации всех ливанцев, но в реальности это попытка разделения сфер влияния между элитами. Партии рассматривают государственные институты как источник прибыли и соревнуются за контроль над ресурсами, а не за религиозные ценности. Самую влиятельную и самую вооруженную из этих партий, Хезболлу, многие считают виновной во всех бедах Ливана. Безусловно, роль Хезболлы в коллапсе страны не отрицаема: организация имеет фактический контроль над границей между Ливаном и Сирией и над портом — именно политики Хезболлы больше остальных препятствовали расследованию взрыва в порту Бейрута. В то же время у Хезболлы множество союзников среди политических сил страны. Однако это не единственная военизированная организация в Ливане: вооруженное крыло, пусть небольшое и неформальное, есть и у христианских, и мусульманских суннитских, и друзских партий. Главные нынешние политики всех этноконфессиональных групп — бывшие лидеры ополчений гражданской войны или их сыновья. Именно поэтому одним из главных лозунгов протестов октября 2019 был «Всё — значит всё».

Только временное решение проблем

Последние три года Ливаном практически никто не управляет: уходящие в отставку одна за другой временные администрации партии так и не приняли шагов к выводу страны из кризиса. Будущее страны зависит от того, смогут ли ливанские политики сформировать правительство, выбрать президента и провести реформы, которые Международный валютный фонд сделал главным условием дальнейшей финансовой помощи. Теперь традиционные доноры дают понять, что без серьезных изменений Ливан денег больше не получит.

В рамках соглашения, заключенного в апреле 2022 между МВФ и правительством Ливана, организация предоставит доступ примерно к $3 млрд на первом этапе более крупной программы по спасению ливанской экономики. Среди поставленных МВФ условий — снижение государственных расходов, например, на продовольственные субсидии и зарплаты бюджетникам, а также увеличение налогов, приватизация и девальвация валюты. Такие меры еще больше ударят по самым экономически уязвимым слоям страны.

Условия, поставленные Международным валютным фондом Ливану, еще больше ударят по самым экономически уязвимым жителям

Предложение Международного валютного фонда может казаться единственным и последним вариантом для Ливана, но это временное решение проблемы даже не затрагивает ее источники. Система воровства, взяточничества и безнаказанности не исчезнет и, скорее всего, продолжит порочный цикл, который привел страну к критической ситуации. Такой механизм уже был применен в нескольких странах без особых успехов, например, в Греции, Египте и Аргентине. Представления международных лидеров и организаций о необходимых реформах и переменах расходятся с тем, что требуют оппозиционные активисты Ливана, и тем более с интересами властей.

В мае 2022 прошли первые выборы с начала кризиса, но формирование правительства и избрание главных лиц государства в очередной раз задерживается — в парламенте нет ясного победителя. Ранее самый большой блок Хезболлы потерял свое большинство: организация сохранила свои места, однако проиграли их христианские союзники «Свободное патриотическое движение». Позиция самой большой христианской партии перешла от союзников Хезболлы к их оппонентам, партии «Ливанские силы», которую поддерживают США и Саудовская Аравия. Также были избраны 13 независимых кандидатов, связанных с гражданским движением, развившимся на фоне массовых протестов 2019 года. Задержки в формировании правительства в Ливане скорее правило, чем исключение: предыдущее правительство было сформировано спустя 13 месяцев постоянно заходящих в тупик переговоров.

Внешнеполитическая обстановка тоже не добавляет уверенности в светлом будущем Ливана. Приближается заключение затяжных переговоров по возобновлению соглашения по иранской ядерной программе. Если оно будет достигнуто, Ирану придется свернуть ядерную программу в обмен на снятие западных санкций. Это позволит Ирану получить гораздо бо́льшую прибыль от экспорта нефти, а значит, и направить больше средств своим союзникам и прокси, в том числе и Хезболле. Именно поэтому против сделки выступает Израиль, на первый взгляд заинтересованный в том, чтобы у Ирана не было ядерного оружия. В то же время Ливан и Израиль пытаются достичь соглашения о морских границах для разработки газовых месторождений в спорных водах. Добыча морского газа могла бы помочь Ливану справиться с энергетическим и экономическим кризисом. Глава Хезболлы Хасан Насралла пригрозил Израилю эскалацией, если Ливан не получит желаемого контроля над газовым месторождением в переговорах с Израилем.

Добыча морского газа могла бы помочь Ливану справиться с энергетическим и экономическим кризисом

Парализованный без явного большинства парламент ждет очередное испытание в октябре 2022 года, когда парламентариям придется избрать нового президента. Это может привести к еще большему обострению социально-экономической напряженности. Повседневная жизнь ливанцев зависит от постоянно меняющейся и как никогда раньше нестабильной из-за вторжения России в Украину ситуации на глобальных рынках топлива и продовольствия. Увеличилось число столкновений между враждующими сообществами. Постоянный стресс из-за нехватки практически всего приводит к тому, что люди уже на грани, они идут на отчаянные поступки, и эта напряженность может превратиться в небольшие, но вооруженные эскалации. Так, один ливанец взял в заложники сотрудников отделения банка в Бейруте. Он вошел в помещение с винтовкой и разлил бензин, требуя, чтобы банк выдал ему замороженные на счету деньги. Он выкрикивал, что они нужны для оплаты лечения его отца. Снаружи банка люди скандировали: «Ты — герой!»

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari