Расследования
Репортажи
Аналитика
  • USD73.52
  • EUR88.88
  • OIL63.74
  • 506
Мнения

Европа или «европейская Африка»? Владимир Милов о том, удастся ли Зеленскому реформировать Украину

Фанфары по поводу невиданных на постсоветском пространстве конкурентных демократических выборов в Украине отгремели. На этой неделе новоизбранный президент Зеленский вступил в должность. Это значит, что настала пора поговорить о происходящем в Украине серьезно, отбросив ореол революционно-демократического романтизма.

Многие оценивают происходящее в Украине через призму простой бинарной альтернативы — есть ретроградная авторитарная политическая культура, олицетворяемая путинской Россией, а есть светлая Украина, она с каждым днем все ближе к идеалу развитой демократии европейского образца. Чуть более внимательные наблюдатели давно заметили, что это слишком простая альтернатива: среди бывших республик СССР есть группа стран, которые вполне укладываются в терминологию толкиеновских «Колец» — «ни живые, ни мертвые», зависшие между двумя мирами.

Примеры, идущие впереди Украины — Молдова и Грузия: здесь вроде бы проходят демократические выборы и есть какая-то свобода, что сильно отличает их от России. И вроде политическое руководство этих стран даже продолжает декларировать курс на вступление в ЕС и НАТО, регулярно выступая с пламенными речами на западных форумах. Однако в реальности все понимают, что здесь что-то не так: настоящая модернизация давно остановилась, проевропейский курс существует только на уровне риторики, а политической системой, номинально конкурентной, заправляют работающие за кадром всемогущие олигархи — Влад Плахотнюк в Молдове и Бидзина Иванишвили в Грузии.

В результате, несмотря на то, что общество явно отторгает путинские авторитарные ценности, прогресса тоже нет — мы видим перед собой страны, перманентно зависшие в состоянии «частичной свободы без всякой модернизации». Неужели это судьба постсоветского пространства — вместо прорыва в европейское будущее так и застыть в положении «европейской Африки», где не работают нормальные институты развитого общества, всем рулят теневые олигархические интересы, а единственный выбор для современных прогрессивных граждан — уезжать?

Неужели это судьба постсоветского пространства — вместо прорыва в европейское будущее так и зависнуть в положении «европейской Африки»?

Трудно переоценить роль Украины в этом вопросе. Нет сомнений, что сегодня именно она как государственное образование — главная альтернатива путинской модели управления, предполагающей, что граждане не значат ничего и являются лишь расходным материалом для геополитических и мафиозных игрищ своего руководства. В Украине все наоборот, и она доказала это многими годами сопротивления всем попыткам установить диктатуру путинского образца. Однако это необходимое условие, но недостаточное: если пользоваться терминами из теории эволюции, эта рыбка уже давно вырастила лапки и выбралась на сушу, но что-то подозрительно долго не может стать птичкой.

В публичной дискуссии стало общим местом предъявлять претензии российской оппозиции: дескать, а что же вы не можете так долго что-то сделать с Путиным (хотя по историческим меркам и с учетом масштаба репрессий мы довольно бодро сопротивляемся). Но вопрос по Украине остается без ответа: там уже почти 30 лет проходят демократические выборы, народ трижды избавлялся от авторитарной или полуавторитарной власти (КПСС, Кучма, Янукович), а счастье все не наступает. Страна остается одной из беднейших в Европе без всякой видимой перспективы прорыва. Трудно описать, насколько высоки ставки в отношении Украины в этом вопросе. Когда мы в России разговариваем с обычными избирателями и агитируем за демократию как единственно адекватную форму правления, нам неизбежно кивают на Украину: «Слушайте, там уже много лет демократия, и что? Многого они добились? Да у них уровень жизни ниже, чем у нас, и в Европе их считают страной второго сорта!»

В Украине уже почти 30 лет проходят демократические выборы, народ трижды избавлялся от авторитарной или полуавторитарной власти, а счастье все не наступает

У Украины был шанс вырваться из этого порочного круга. Более того, еще 10 лет назад, когда я обсуждал ее будущее на конференции в Киеве с Яценюком, Бурджанадзе, экс-президентом Польши Квасьневским, мне трудно было представить, что в 2014 году Украине представится такой невероятный шанс на быструю модернизацию: Янукович исчез в момент как злой Кощей из сказки, реформаторы получили безграничный мандат на выборах, Путин в одночасье стал врагом даже для тех, кто относился к нему нейтрально. Казалось бы, реформируй — не хочу. Однако за прошедшие пять лет Украина показала удивительную сопротивляемость любой модернизации и прогрессу. Попытки списать все это на «российскую агрессию и войну» несостоятельны: у Саакашвили в Грузии были схожие проблемы с Россией, однако это не помешало ему совершить рекордный по масштабам бывшего СССР модернизационный рывок в 2003–2008 годах, за те же пять лет.

На новоизбранного президента Зеленского в этом контексте ложится совершенно особая историческая миссия. То есть либо сейчас, либо никогда. Или Украина наконец двинется по пути формирования полноценного европейского государства (вспомним Польшу–1989 и Польшу сегодняшнюю), или окончательно разочарует всех и зависнет в парадигме «молдавизации» (политическая модель тотального закулисного контроля страны со стороны олигарха Плахотнюка).

Хотите правды? Перспектива очень плохая. Дело даже не в Коломойском, который вернулся в Украину и в последние недели был более медийно активен, чем новоизбранный президент, с которым его связывают. Сразу скажу: я не считаю Зеленского идиотом, добровольной марионеткой Коломойского, такой слишком очевидный выбор быстро привел бы его к очень плохому финалу. Проблема в другом. Украина — это, вероятно, самый сложный случай в Европе: запрос на кардинальные преобразования политико-экономической системы ей предстоит удовлетворить при новом президенте, который не имеет никакого опыта в осуществлении таких преобразований.

В чем тут проблема? В том, что любое вновь назначенное официальное лицо тут же подвергается атаке лоббистов — они проверяют его на прочность, и если оно показывает даже небольшую слабость, тут же переходят в жесткую атаку. Поверьте человеку, который в 26 лет стал начальником управления в федеральном органе исполнительной власти в России, а в 29 — заместителем министра. В такой ситуации очень важно (1) быть твердо уверенным в том, что ты делаешь, (2) понимать мотивы тех, кто пытается на тебя повлиять: отличать реальное отстаивание национальных интересов от частного лоббирования своих собственных.

Пока я не вижу никаких признаков того, что Зеленский в состоянии принимать самостоятельные решения по серьезным вопросам. После триумфального избрания он замолчал, предпочитая давать слово своим советникам. Вспомните Трампа, Обаму, Буша и то, как активно они использовали три месяца между избранием и инаугурацией для разъяснения своей повестки и выступлений с табличкой «Избранный президент» — «President Elect»! Советники же Зеленского часто несут такое, что волосы встают дыбом: например, что резкое снижение налогов на зарплаты (одна из немногих бесспорных и замечательных реформ, которую Украина все же провела в последние пять лет), оказывается, было «бездумным популизмом». То есть Зеленский будет налоги повышать?... Здрасьте, приехали.

Пара сюжетов для понимания, какие вызовы стоят перед новым президентом. Газодобыча: Украина имеет большой потенциал наращивания добычи газа, если отдать плохие старые месторождения частным инвесторам (кстати, частные компании наращивали добычу в восточных областях страны в последние пять лет, несмотря на российскую агрессию и войну, в то время как у государственного «Нафтогаза» добыча падала). Приватизируйте и разделите газодобычу, и вы сможете добывать 35 млрд кубометров газа в год вместо 20, и не надо будет тратить валюту на закупки газа по импорту! Или второй сюжет: банковский сектор. Как и в газодобыче — и это очень похоже на Россию — 55% активов украинской банковской системы контролируют четыре крупнейших госбанка. Эта монополия ведет к массе проблем — украинский банковский сектор неэффективен, сдерживает развитие экономики.

Зеленский молчит, и олигархи уже считают его «слабаком», на которого можно начать наступление, и он не посмеет сопротивляться

Что сделал бы реальный эффективный реформатор? Разогнал бы это болото и не стал слушать никаких песен про «угрозу национальной безопасности» (читай: скрытое обоснование идеи сохранения госмонополии и контроля над денежными потоками). Что будет делать Владимир Зеленский? Он вообще высказался на эту тему? Нет, не высказался, и, поверьте моему административному опыту, раз он молчит, то олигархи уже считают его «слабаком», а значит, можно начать мощное наступление, и он не посмеет сопротивляться. Это плохая диспозиция для развития ситуации в Украине. С учетом того, что новый состав парламента при любом раскладе будет достаточно пестрым, а президент не выглядит человеком подкованным и обладающим внятной политической волей, все это напоминает молдавско-грузинский сценарий: многолетнее зависание без реальной модернизации при сохранении номинально конкурентной политической модели — чтобы было чему радоваться.

Буду рад ошибаться насчет Зеленского, но повторю простую мысль: судя по всему, новая волна глобальной модернизации и демократизации постсоветского пространства все же пойдет из России. Кстати говоря, Екатеринбург, Архангельск, Шиес дают больше поводов так думать, чем многие наши подающие надежды страны-соседи.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari