Расследования
Репортажи
Аналитика
  • USD73.85
  • EUR83.36
  • OIL75.39
English
  • 113
Мнения

Борис Джонсон проиграл сражение, чтобы выиграть войну. Андрей Остальский о коварном плане британского премьера

В Великобритании новый серый кардинал — специальный политический советник премьер-министра Бориса Джонсона Доминик Каммингс. Он написал сценарий политической драмы, которой позавидовал бы и Макиавелли. На первый взгляд, Джонсон и его сторонники терпят поражение: 3 сентября консерваторы лишились парламентского большинства, а Палата общин с явным преимуществом проголосовала против жесткого Brexit. Либеральные газеты празднуют поражение правительства: Джонсон и его команда «подверглись унижению» и даже были «загнаны в угол». Фунт стерлингов на радостях стал укрепляться после долгого падения — инвесторы поверили, что самого болезненного для экономики варианта разрыва с ЕС удастся избежать. Боюсь, что они рано радуются. Рискну предположить, что все действующие лица, не догадываясь об этом, пляшут под дудку Каммингса, и события — вплоть до деталей — развиваются в точном соответствии с заранее написанной им дьявольской пьесой.

Итак. Почему правительство вдруг так легко сдалось? После голосования в Палате общин можно было затянуть обсуждение законопроекта, чтобы Палата лордов не успела проголосовать до следующей недели, когда вступит в силу королевский (а на самом деле правительственный) эдикт о приостановке работы парламента. Еще Джонсон мог запросто отложить передачу законопроекта на подпись королеве и вполне легально дотянуть до 31 октября, даты выхода Британии из ЕС. Парламент ничего не смог бы сделать. Но премьер-министр неожиданно капитулировал. Уже одно это должно было насторожить политиков и комментаторов: с чего это Джонсон, известный своей крайней самоуверенностью и воинственным напором, так легко сдался? Не надо обладать магическим кристаллом, чтобы понять — что-то здесь не такПотерпев (вроде бы) поражение в Палате общин, правительство затем поставило там же на голосование резолюцию о роспуске парламента и назначении внеочередных выборов на 15 октября. Вряд ли великий стратег Каммингс и его подопечный всерьез рассчитывали, что она пройдет. Это был очередной ход в сложной шахматной партии. Дело в том, что лидер лейбористской оппозиции Джереми Корбин несколько лет твердил, что главная задача лейбористов — добиться досрочных выборов в парламент. При этом он отказался немедленно поддержать предложение премьера о выборах, что дало Джонсону возможность публично обзывать лидера лейбористов и «трусом», и «хлорированным цыпленком», и «great big girls blouse» (оскорбление, ставящее под сомнение не только соответствие интеллекта возрасту, но и мужское достоинство).

Премьер даже дошел до того, что, называя Корбина по имени, «забыл» прибавить обязательный по протоколу титул «достопочтимый джентльмен» (The Right Honourable Gentleman). Джонсон давал понять, что не считает своего противника ни джентльменом, ни тем более достойным уважения человеком. Это был уже настоящий скандал: спикер палаты Джон Беркоу вынужден был вмешаться и потребовать от Джонсона извинений. Тот сделал вид, что это была всего лишь оговорка в пылу полемики. Обычно в британском парламенте считается хорошим тоном элегантно поддразнивать оппонента, иногда довольно зло каламбурить и острить на его счет, но до такого низкого уровня разговор в палате общин никогда еще не опускался — вот такие пришли времена. Премьер сопровождал свои выпады почти итальянской жестикуляцией, будто вызывая соперника на драку. И все это будто бы под влиянием сильных эмоций и возмущения «трусостью» лидера лейбористов. Но знающие Джонсона не сомневаются: весь этот спектакль играется хладнокровно и расчетливо, и сценарий написан Каммингсом.

Джон Беркоу

Последний, видимо, считает Корбина недалеким, наивным и тонкокожим человеком, которого можно спровоцировать насмешками на необдуманные поступки. И действительно, похоже, эта тактика возымела действие, Корбин был уже почти готов дать согласие на досрочные выборы. Его заместители и теневые министры повисли у него на руках, пытаясь предотвратить катастрофу. Они опасаются, что это смертельная ловушкаКак только палата проголосует за проведение выборов, правительство распустит парламент, а Джонсон сможет вполне законно перенести выборы на другую дату — после рокового дня 31 октября. Британия вывалится из ЕС, и главный вопрос будет закрыт.

Джонсон сможет перенести выборы на другую дату — после рокового дня 31 октября. Британия вывалится из ЕС, и главный вопрос будет закрыт

Есть у Каммингса и Джонсона и еще несколько запасных вариантов. Например, если электоральная арифметика будет против консерваторов, возможен союз с право-националистической партией «Брекзит» Найджела Фараджа, которого по опросам собираются поддержать 7–10% избирателей. Учитывая крайнюю непопулярность Корбина за пределами левого крыла лейбористов, внушительная победа партии тори в союзе с другими националистами кажется почти неизбежной. Еще один обсуждавшийся на тайных вечерях у Каммингса вариант: правительство может инициировать вотум недоверия самому себе в парламенте! Если он соберет большинство голосов в палате, то должны быть объявлены все те же досрочные выборы. Есть, правда, оговорка: выборы не состоятся, если в течение 14 дней кому-то другому удастся сформировать пользующийся поддержкой большинства депутатов кабинет.

Но британская конституция остается неписаной, закона, регламентирующего эту процедуру, не существует. И из окружения Джонсона уже раздавались голоса, утверждающие, что он будет иметь юридическое право отказаться уходить со своего поста. Он якобы не будет считать себя обязанным рекомендовать королеве назначить кого-либо другого. А Елизавета Вторая за свою долгую монаршую жизнь усвоила одно: она царствует, но не правит и всегда делает то, о чем ее просит премьер. Даже если лично ей это не нравится. Ее дело — лишь штамповать решения главы кабинета. И вот эта неписаная, но абсолютно утвердившаяся традиция дает премьеру колоссальную реальную власть. В некоторых отношениях большую, чем у президента США. Ведь в Соединенных Штатах выстроена четкая система сдержек и противовесов, глава государства ограничен во многих своих правах Конгрессом. В Британии жеполучается, даже уже лишившийся поддержки парламента премьер может продолжать не только управлять страной по своему усмотрению, но и решать ее судьбу на годы и даже десятилетия впередприкрываясь авторитетом монархии. Вот что значит отсутствие писаной конституции в век популизма…

В Британии даже уже лишившийся поддержки парламента премьер может продолжать не только управлять страной по своему усмотрению, но и решать ее судьбу

Но такая резкая тактика неизбежно вызовет сильнейшую волну протестов в стране и даже за ее пределами. Поэтому Джонсон и Каммингс, конечно, предпочли бы добиться согласия лейбористов на досрочные выборы. Но на это остается все меньше времени. Другой обсуждающийся вариант действий выглядит еще парадоксальнее. Джонсон по этому сценарию подает в отставку, но только с должности премьера, а не лидера партии. Оппозиция оказывается не в состоянии сформировать правительство большинства — ведь премьерство Корбина неприемлемо для либерал-демократов, да и для либеральных консерваторов, выступивших против Джонсона. Это тоже путь к выборам, причем значительный бонус здесь — дискредитация оппозиции, демонстрация ее бессилия.

Вот доказательства того, что план существует. На днях в Великобритании по решению суда опубликовали правительственные документы, которые свидетельствуют о том, что пророгация (приостановка работы) парламента планировалась Джонсоном как минимум с середины августа, когда он и его окружение еще энергично опровергали эти планы.

И еще одна показательная история. 21 депутат от консервативной партии голосовал с оппозицией против правительства на историческом заседании, передавшем контроль за повесткой дня в руки парламентариев. Именно это позволило вынести на голосование и принять закон, запрещающий жесткий Brexit. Джонсон объявил мятежников предателями и исключил из партии. Среди «предателей» старейшина палаты общин Кеннет Кларк, занимавший ведущие министерские посты со времен Маргарет Тэтчер, служивший министром финансов в правительстве Терезы Мэй Филип Хэммонд и даже внук Уинстона Черчилля Николас Соумз. Все они принадлежали к так называемому левому, то есть либеральному крылу партии тори — теперь оно практически уничтожено. Выяснилось, что во многих избирательных округах, которые представляли исключённые, заранее были подготовлены альтернативные, разумеется, полностью лояльные Джонсону кандидаты

То есть приостановка действий парламента была рассчитанной провокацией, призванной подтолкнуть консерваторов-либералов к бунту, чтобы потом от них избавиться. А стратегической целью Каммингса с первого дня Джонсона на Даунинг-стрит были досрочные выборы. При том, что сам Джонсон это энергично и решительно опровергал, как и план пророгации парламента. Все остальные действия Джонсона — это лишь дымовая завеса, инсценировка, призванная среди прочего представить парламент в проигрышном свете, как главное препятствие на пути осуществления решения референдума 2016 года.

Главным содержанием кампании по замыслу Каммингса и Джонсона должно стать разжигание святой народной ненависти к нынешним депутатам, лозунгом выборов будет «Народ — против элит, против зарвавшегося парламента и против диктата Евросоюза». Для этого необходима была массированная чистка, чтобы превратить партию тори в нечто новое — монолитную, английскую (а не британскую) право-националистическую партию, с главенствующим принципом личной преданности лидеру.

И отсюда же план короткой, но беспрецедентной по интенсивности предвыборной кампании, сопровождаемой обещаниями огромных денежных вливаний в здравоохранение, оборону, правоохранительные органы, образование, экологию — всем сестрам обещаны золотые серьги, молочные реки и кисельные берега. Эти обещания вряд ли удастся осуществить в полном объеме, но это не имеет никакого значения. Нужно победить любой ценой.

Объясняя в узком кругу свои действия, Джонсон (изучавший в университете римскую историю) сравнил себя с императором Августом, которому «пришлось провести массовые чистки» и даже «пролить море крови», но зато потом «последовали десятки лет мира и спокойствия». Можно надеяться, что разговоры о «морях крови» носят фигуральный характер. А вот его главный советник Каммингс мог бы вспомнить и про сталинские чистки, ведь он три года прожил в России в 90-е, говорит по-русски, любит Достоевского. Но брать пример со Сталина в Британии пока еще считается неприличным даже среди рьяных поклонников авторитарной власти.

Каммингс стал главной звездой среди политтехнологов благодаря своей решающей роли в агитационной кампании за выход из ЕС перед референдумом 2016-го года. Тогда он наглядно показал, как можно победить, опираясь на низкие инстинкты, националистические предрассудки и ксенофобию. Это он придумал гениально хлёсткие лозунги кампании вроде «take back control» — «вернём себе контроль». Они оказались невероятно эффективными. На этот раз он обещает превзойти самого себя. И кампания может принять уже истерический характер, грозя разорвать в клочки британскую демократиюМногие образованные британцы понимают, что на кону. Участники многочисленных демонстраций протеста против действий правительства Джонсона скандировали лозунг: «Остановить государственный переворот!» А один из плакатов изображал Бориса Джонсона в виде младенца на руках у Владимира Путина с надписью: «Папочка может гордиться».

P.S. И все же, Каммингс, Макиавелли ХХI века, может и просчитаться. Все зависит от того, смогут ли оппозиционеры объединиться на предстоящих и, видимо, неизбежных уже выборах. И от того, смогут ли преодолеть свои разногласия правые. Ведь Каммингс и Фарадж, поговаривают, ненавидят друг друга. Но больше всего судьба Британии зависит от того, насколько падки на пропаганду ненависти окажутся народные массы.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari